На фоне угольного экспортного бума Россия возобновила вывоз угля через северокорейский порт Раджин. Санкции Совбеза ООН против КНДР не ограничивают деятельность Раджина, хотя Южная Корея все еще не дает судам, вошедшим в любые гавани северного соседа, полгода потом заходить в свои порты. „Ъ“ не удалось определить поставщика, рискнувшего наладить вывоз через КНДР, угольщики уверяют, что такой экспорт не был особенно привлекательным и стимулировался «сверху». Как отмечают эксперты, Раджин мог стать интереснее из-за загруженности портов РФ, а судьба проекта во многом зависит от отношений Пхеньяна с основным покупателем угля Китаем.

Россия возобновляет поставки угля на экспорт через КНДР, рассказал 5 сентября врио губернатора Приморья Андрей Тарасенко. «Сегодня первый состав с углем пошел к ним на Раджин»,— цитирует чиновника «Интерфакс». Он уточнил, что на Раджин ушел «самый пыльный уголь». В ОАО РЖД оперативных комментариев „Ъ“ не предоставили. 

Проект экспорта российского угля через незамерзающий порт Раджин в Северной Корее запустили в конце 2013 года, когда ОАО РЖД и КНДР завершили реконструкцию железной дороги Хасан—Раджин стоимостью $250 млн. Поставки затем уходили в Южную Корею и Китай. Проектом занимается российско-корейское СП «Расонконтранс» (70% акций у ОАО РЖД), к нему планировала присоединиться Южная Корея, но в марте 2016 года Сеул вышел из проекта Хасан—Раджин. По данным «Расонконтранса», перевалка угля в порту в 2017 году составила 2,5 млн тонн. 

Андрей Тарасенко говорит, что «в портовой инфраструктуре нет санкций» и возобновление отгрузки угля под них не подпадает. Как пояснила „Ъ“ старший научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН Людмила Захарова, санкции Совбеза ООН действительно не затрагивают Раджин. Но в начале 2016 года Сеул после очередных ядерных испытаний Пхеньяна ввел односторонние санкции, согласно которым суда, которые входят в порты КНДР, в течение 180 дней после этого не могут входить в порты Южной Кореи. Новый президент страны Мун Чжэ Ин обозначил некоторое смягчение курса в отношении Северной Кореи, но санкции пока действуют, говорит госпожа Захарова. 

Чей уголь был отправлен через Раджин, в среду выяснить не удалось — «Расонконтранс» не раскрыл это, собеседники „Ъ“ среди угольщиков и операторов не знают грузоотправителя. 

СУЭК с осени 2017 года прекратила экспорт через КНДР, говорили в компании в феврале, и источник „Ъ“, близкий к компании, в среду заверил, что ничего не изменилось. В «Мечеле» заявили „Ъ“, что не поставляют уголь через Раджин, об этом же говорит источник „Ъ“, близкий к «Кузбассразрезуглю». При этом источники „Ъ“ на рынке отмечают, что санкционные ограничения делают Раджин проблематичным путем экспорта и немногочисленные поставки российского угля «делались по большой просьбе для развития сотрудничества между РФ и КНДР». 

Покупателем угля, идущего через Раджин, после введения санкций Сеула был Китай, бравший его для внутреннего потребления и не зависящий от портов Южной Кореи. Но, говорит госпожа Захарова, с ухудшением отношений Пекина и Пхеньяна в прошлом году поставки российского угля через КНДР остановились. Грузовая база принципиальна для проекта Хасан—Раджин, отмечает ученый: даже для выхода проекта в ноль необходимо, чтобы перевалка составляла 4–5 млн тонн в год, на практике этого не достигалось. Сейчас же отношения между Китаем и КНДР улучшились, и, как предполагает Людмила Захарова, с этим связано возобновление экспорта российского угля в Китай через Раджин. 

Максим Худалов из АКРА считает, что Раджин может быть полезен российским угольщикам на фоне роста спроса в АТР и дефицита портовой инфраструктуры на Дальнем Востоке. Он добавляет, что если ослабнут политические противоречия, то железнодорожное сообщение до Раджина и дальше до южнокорейского Пусана откроет углю из РФ дополнительные экспортные возможности.